8 ФЕВРАЛЯ 2021 года 15:30

«Не был уверен, что переживем пандемию. Но по году выросли на 5%»

Риски и возможности­-2021 по версии директора транспортной компании «КомТЭК» Александра Комарова

«Дебиторка растет, но одновременно растет число новых клиентов»

— Грузоперевозки часто называют индикатором состояния экономики. Если судить по нашим клиентам, то есть те сферы, которые действительно пострадали, — мы в принципе все их знаем. А есть те, кто остался как минимум на уровне прошлых лет или даже вырос. Например, такой рост отмечается в продуктах питания, отдельных видах строительства. Когда пандемия только началась, 30% заказов просто отвалилось: это были поставки из Европы, где ввели локдаун. Постепенно ситуация начала выравниваться, но 15% наших клиентов попали в дебиторы. А с некоторых контрагентов мы уже взыскиваем долги через суд. Да, можно войти в положение, когда компания реально пострадала, но есть и те, кто воспользовался ситуацией, чтобы не платить. К тому же у нас тоже есть свои обязательства перед другими контрагентами и сотрудниками. Риск неплатежей по-прежнему ставлю на первое место в 2021 году. Как и снижение спроса. Но в целом 2020 год для нас закончился даже в плюсе по сравнению с 2019-м: по выручке это 5%, сопоставимо выросла и прибыль. В основном этот рост произошел за счет привлечения новых клиентов, которых мы забирали у конкурентов, за счет активной работы отдела продаж. Честно говоря, я и в этом году не вижу никаких предпосылок для роста заказов со стороны действующих клиентов. Поэтому ставим продавцам задачу продолжать наращивать количество новых. Надеемся сохранить положительную динамику.

«Без субсидий могли бы не выжить. Однако изменения в законах добавили не только головной боли, но и затрат»

— Да, это сейчас, когда общий результат по году плюс, можно выдохнуть. Но я могу признаться, что был момент, когда я вообще не знал, сможем ли мы пережить этот период. Помогли субсидии от государства. Благодаря им мы прошли самый сложный момент в несколько месяцев, после которого контрагенты заработали и начались заказы. Впрочем, чтобы не перехвалить государство, хочу отметить, что поддержка была бы более полноценной, если бы во время кризиса не вносились новые и новые поправки в законодательство. Очень много изменений ввели буквально одним днем, в том числе изменение транспортных накладных и путевых листов. 21 декабря Мишустин подписал, и уже с 1 января мы должны были работать с новыми формами. Но, по сути, никто не знал, что это вообще за формы и где их брать. Много изменений и в плане налогообложения, по новым правилам нужно сдавать отчетности за прошлый год. Приходится вникать быстро и на ходу. Для этого даже отправляли главного бухгалтера и финансового директора на обучение. А это дополнительные затраты, без которых сейчас бы хотелось обойтись. Поэтому это риск номер два.

«Лизинговые платежи взлетели в 2 раза, а давние партнеры по лизингу не пошли навстречу»

— Топливные компании, арендодатели — с ними мы нашли общий язык, получили отсрочки по платежам. А вот лизинговые компании не пошли навстречу. Мы пытались с ними договориться о предоставлении хотя бы небольших каникул, но безрезультатно. Более того, цены на новые машины и лизинговые платежи взлетели. Три машины у нас вышли из лизинга, и мы думали купить новые в январе. Если год назад КамАЗ стоил 5,5 млн рублей, то теперь 5,8. Еще сильнее изменения на машины ГАЗ. Раньше мы приобретали их за 2,2‑2,3 млн рублей, а лизинговый платеж составлял порядка 45 тыс. рублей. А сейчас они стоят под 3 млн рублей, причем лизинговый платеж 80 тыс. рублей — разница почти в 2 раза. Для нас это существенное удорожание. Субсидировать же покупки в лизинг государство в этом году вряд ли будет — приоритет будет отдан медицине и выплатам семьям, не думаю, что серьезная поддержка бизнеса сохранится. Сами же мы такие платежи просто не потянем. В итоге взяли только одну машину и, думаю, в ближайшее время увеличивать автопарк не будем.

«Разгар пандемии, а к нам одна за одной приходят проверки из разных инстанций»

— Конечно, напрашивается вопрос, удалось ли нам сохранить ФОТ. В целом да. Бонусы и премии, правда, практически исчезли. Но сотрудники понимали, что компания испытывает реальные сложности и что оказаться на рынке труда сейчас гораздо хуже.
Но не все: ряд руководителей во главе с бывшим коммерческим директором аккурат накануне пандемии покинули компанию и создали свою. Сейчас я хочу им сказать большое спасибо: это были высокооплачиваемые менеджеры, и своим уходом они снизили нагрузку на ФОТ, что как раз и помогло платить остальным сотрудникам, которые добросовестно работали в сложной ситуации. Но было нелегко. Их работу пришлось распределить между другими сотрудниками.
А эти новоиспеченные конкуренты в разгар пандемии начали писать жалобы во всевозможные инстанции. К нам приходила трудовая инспекция, но ничего критичного не нашла. Были только мелкие предписания и недочеты, которые мы оперативно устранили. Писали в налоговую, но мы также предоставили необходимые документы, и к нам не было претензий. Но время и нервы все это, конечно, отняло. Поэтому недобросовестную конкуренцию я назвал бы одним из рисков 2021 года. Как правило, в кризис такие процессы только обостряются.

«С водителями ситуация просто плачевная»

— Я бы сказал, что сложный 2020 год, наоборот, помог сплотить команду, мы увидели, кто чего стоит. Поэтому руководителей будем растить только из этих людей. А вот с водителями все гораздо хуже. Несмотря на кризис, нехватка кадров, особенно в категориях B, C, E. Здесь ситуация на рынке труда просто плачевная. Опытные водители постепенно уходят: кто-то на пенсию, а кто-то уже по состоянию здоровья не может выдержать тот ритм и динамику, которые необходимы для этой работы. А молодые, к сожалению, недотягивают по квалификации. С мелкотоннажным транспортом ситуация чуть лучше, но тоже не без проблем. Так что постоянно мониторим HeadHunter и «Камелот», постоянно приходится искать, собеседовать, тестировать, справляется ли. В результате можем потратить на поиск одного водителя до трех недель. А какие еще варианты?

«Нам проще переживать кризис благодаря автоматизации»

— Одна из главных возможностей 2021 года — автоматизация перевозок. Но здесь нужно сделать оговорку. Проще тем, кто уже вложил в нее деньги до пандемии. Например, наш клиент получает SMS-­оповещение, когда произошла загрузка его товара, и может отслеживать груз через камеры на сайте 24 часа в сутки — где сейчас с ним находится машина. Но оснащение одной машины таким образом стоит порядка 35 тыс. рублей. Плюс абонентское обслуживание. Не думаю, что многие компании смогут себе позволить вкладываться в технологии сейчас — наоборот, всем приходится экономить. Именно за счет того, что мы все это уже используем, надеюсь, что мы и дальше сможем выигрывать конкуренцию и забирать клиентов у других компаний. Что касается конкуренции с федеральными гигантами, которые имеют еще лучшее техническое оснащение, то я, если честно, какого-то ощутимого роста конкуренции не увидел. Возьмем грузовые перевозки от «Яндекса» — пожалуй, они наиболее активно захватывают рынок. Но они работают с физлицами, а мы в b2b, на крупных контрактах и на дальние расстояния.