22 МАРТА 2019 года 12:00

Переходный возраст

Спрос на отдых в частных детских лагерях падает. Сможет ли удержать позиции одна из старейших компаний Воронежа?
Наталья Андросова
редактор журнала De Facto
«Сейчас проблема номер один — падение доходов родителей, — разводит руками директор «Центра игровых технологий» (ЦИТ) Дмитрий Казьмин. — Все чаще мы сталкиваемся с тем, что дети хотят поехать к нам в лагерь, но родители не готовы платить за путевку. Или раньше ребенок ездил два, а то и три раза за год, а сейчас в лучшем случае один».

Снижение спроса ощутил даже игрок с почти 30-летним стажем

Когда заходишь в кабинет Дмитрия Казьмина, трудно поверить, что ты попал к директору солидной компании, которая на рынке уже 28 лет: за стеклом коллекция солдатиков, к стене прислонен щит. Впрочем, сначала Дмитрий и не рассматривал проведение детских лагерей как бизнес. В начале 90-х он с единомышленниками-педагогами начал заниматься организацией лагерей. Ему нравилось работать с детьми, и то, что в школе месяцами задерживали зарплату, его не останавливало.

«Денег не было, но была свобода для творчества, — смеется он. — Школа не была так забюрократизирована, как сейчас».

Тогда же появилась первая программа ЦИТа, по которой лагеря проводят до сих пор, — «Индейцы». Для каждого лагеря приходилось искать спонсоров, чтобы помогли с площадкой и прочим. Хотелось же, чтобы дети могли приезжать в лагеря постоянно, независимо от того, найдется очередной спонсор или нет. К тому же Дмитрий Казьмин, перешедший в администрацию, быстро понял: бумажная работа — не его. Это подтолкнуло к созданию своего бизнеса.

Сейчас в лагерях ЦИТа отдыхает 2,5 тыс. детей за год: основная масса летом, небольшая часть во время каникул между четвертями.

«У меня трое детей, и каждый в свое время ездил в лагеря ЦИТа, — рассказывает глава «Инстепа» Анатолий Шмыгалев. — Старшие даже в качестве вожатых. Поездки в такой лагерь — своеобразный поэтапный рост ребенка. Сначала он едет в лагерь для самых маленьких, потом в лагерь, где, кроме развлечений, получает какие-то навыки, затем уже в качестве вожатого. То есть ему есть к чему стремиться, для чего развиваться. Постепенно у него формируются навыки коммуникации, лидерские качества».

Однако, несмотря на сложившуюся репутацию на рынке, в ЦИТе почувствовали его колебания. «В среднем 9 дней летнего лагеря у нас стоят 22-23 тысячи рублей при размещении на турбазе. В палатках — 12 тысяч, — рассказывает Дмитрий Казьмин. — И все чаще от родителей можно услышать фразу, что им дешевле свозить ребенка в Турцию».

Предполагать, каким будет сокращение спроса в этом сезоне, Дмитрий Казьмин считает преждевременным — продажи только начались. Руководитель компании по организации мероприятий для детей NOVAstory Ян Сидоренко отмечает, что рынок ощутимо падает — падение может достигнуть 15 и более процентов, но опять же говорить о точных цифрах можно будет в сезон: становится больше тех родителей, кто откладывает покупку до последнего момента.

«Больше 20 тысяч за 9 дней — это действительно дорого, — комментирует гендиректор образовательного центра «Зеленая улица» Екатерина Рождественская. — В прошлом году у нас была такая же цена за 3 недели на базе детского лагеря «Кировец». Ценник ЦИТа выше среднего. И даже в этом сегменте не каждый родитель готов платить столько за короткий отдых своих детей».
Программа Индейцы Центра игровых технологий в Воронеже
Программа «Индейцы» ЦИТа скоро отметит свое 30-летие. Но сегодня запросы родителей все больше смещаются в сторону образовательных программ

Чем компания будет удерживать интерес к своим услугам на падающем рынке?

Работа над снижением цены. В компании, традиционно ориентировавшейся на средний плюс и премиум-сегмент, планируют увеличить количество более бюджетных продуктов.

«Пока они в разработке, — отвечает Дмитрий Казьмин. — Это может быть как увеличение числа более дешевых палаточных лагерей, так и выбор более бюджетных турбаз. В большей степени даже второй вариант, потому что палаточные лагеря подходят не всем. Пока идут переговоры с теми площадками, которые готовы нас принять. Не так давно мы начали проводить лагеря без ночевок. С одной стороны, это удобно родителям детей, которые еще ни разу не были в лагерях и могут вечером запроситься домой, с другой стороны, такие лагеря дешевле».

Пока такая программа одна — «Часодеи». Стоит она 8,5 тыс. рублей. Но в ЦИТе не исключают, что добавят новые подобные предложения. Кроме того, цены на путевки в свои лагеря компания стала делить на 2 категории: «для новичков» и «для старичков». Для последних предусмотрена скидка.

Компания пытается убедить родителей, что лучше заплатить дороже, но получить более качественный отдых детей. Управляющий директор школы иностранных языков «Интерлингва» Елена Кузнецова считает, что если родители видят, что их ребенок доволен отдыхом, мечтает об очередной поездке и выпрашивает ее, а кроме того, получает в лагере новые полезные навыки, то они будут копить на путевку в течение всего года. Даже если денег у семьи стало меньше. Либо, выбирая между двумя лагерями, согласятся отказаться от чего-то другого, но заплатят за более дорогой, однако интересный их ребенку. За счет чего ЦИТ удерживает интерес детей, а значит, и побуждает родителей к покупке?

Во-первых, благодаря максимальной вовлеченности детей в игровые сценарии лагеря. «Моя дочь Дарья не ходила в садик, в раннем детстве воспитывалась бабушками. Конечно, после такого тепличного воспитания в школе ей было непросто быстро подружиться со сверстниками, — рассказывает владелец тренинг-центра «Тюнинг мозга» Андрей Смирнов. — И в 7 лет мы впервые отвезли ее в лагерь ЦИТа. Каково же было наше удивление, когда у нее не только пропали трудности в общении, но и она стала предпочитать поездку в лагерь отдыху с родителями. Иногда она ездила в ЦИТ по 2 раза за лето. Ей нравилось, что каждый лагерь строится на игре. В одной они индейцы и живут племенами, в другой — славяне, в третьей — средневековые рыцари и дамы».

Как рассказывает Дмитрий Казьмин, в каждом лагере дети живут по законам той игры, в которую попадают. У них практически нет свободного времени — они постоянно чем-то заняты. И через игру получают навыки и знания.

«Например, в нашем средневековом лагере мы хотели обучать иностранным языкам. Думали пойти по классическому пути, но поняли, что эта ниша уже занята языковыми школами. Да и обучение шло как-то туго, — говорит Дмитрий. — Тогда мы придумали сюжет, в котором, чтобы победить чудовище, нужно узнать его тайну от носителя иностранного языка — например, от немца. И если ты не знаешь немецкого языка, то как хочешь, так ее и получай, хоть на пальцах объясняй. Конечно, за 9 дней выучить язык невозможно. Но ребенок получит хорошую мотивацию к изучению языков — по крайней мере, у наших вожатых появлялось огромное желание понимать, что говорят иностранцы, чтобы помочь детям выиграть».

Дмитрий Казьмин уверен, что 60% мотивации задают сами дети: многие из них ездят в лагерь уже по несколько лет. И, видя их вовлеченность в игру, за ними начинают повторять новички.

Во-вторых, в лагере педагоги и вожатые уделяют достаточное внимание каждому ребенку. На 4-5 детей в лагере 1 педагог или вожатый. Как считает Дмитрий Казьмин, это больше, чем во многих других лагерях, и вполне достаточно, чтобы вниманием не был обделен каждый ребенок. В штате ЦИТа 7 педагогов-методистов, которые пишут сценарии под каждый лагерь и набирают вожатых — до 200 человек в сезон. Директор ЦИТа не раскрывает зарплат своих сотрудников, говоря лишь, что они невысокие, но выше, чем у школьного учителя. Но он считает, что главная мотивация — нематериальная. Вожатые — это бывшие участники лагерей ЦИТа, студенты педагогических вузов. Некоторые из них потом остаются и методистами.

«У нас уже сформировалась преемственность поколений: приходят на работу даже дети тех, кто раньше ребенком ездил к нам в лагеря», — говорит Казьмин.

Елена Кузнецова рассказывает, что они периодически направляют свой педотряд в Школу вожатского мастерства при ЦИТе: «Там даются очень четкие инструкции по практическим вопросам: что делать в первый день в лагере, чтобы дети быстрее адаптировались, что делать, если ребенок плачет и хочет уехать домой».

Впрочем, есть и другая точка зрения. Так, Ян Сидоренко рассказывает, что в его компании работают бывшие вожатые ЦИТа. И их пришлось обучать практически с нуля, в том числе общению с детьми: «Это студенты, которые привлекались в отдельные поездки. И им не хватает опыта».

Ставка на платежеспособных клиентов из других регионов. Примерно 15% детей, отдыхающих в лагерях ЦИТа, — из других регионов России и даже из-за рубежа.

«Если для воронежцев путевка по такой стоимости в лагерь — явно не массовый продукт, то москвичи платят за лагеря и по 60 тысяч в месяц, для них такое соотношение цены и качества очень комфортно», — считает Елена Кузнецова.

Дмитрий Казьмин рассказывает, что периодически к ним приезжают дети выходцев из России, которые находят информацию о ЦИТе в интернете. Такие родители хотели бы, чтобы их дети познакомились с русским языком, узнали больше об истории России. Часто для этого они выбирают лагерь «Славяне».

«Помню, к нам приехали 2 сербки, которые очень плохо говорили по-русски, — рассказывает Казьмин. — Дети в лагере сами составили разговорник: выписали те русские слова, которые девочки не понимали, перевели их на английский, а те уже с английского на сербский. Так и общались на трех языках. Но под конец смены те уже пели песни под гитару на русском».

В ЦИТе также рассматривают варианты проведения лагерей в других регионах — например, в Липецкой области. Да, там тоже платежеспособность родителей падает. Но в этом случае компания сможет расширить свою аудиторию и заработать на потоке.

Школа также проводит свои выездные детские лагеря.
Согласно данным портала voronezh.trud, средняя зарплата учителя в Воронеже в 2018 году — от 13 до 20 тыс. рублей.
Программа Славяне Центра игровых технологий в Воронеже
В лагеря ЦИТа приезжают и дети русских, проживающих за границей, чтобы лучше узнать родную культуру
С какими трудностями компании еще предстоит столкнуться?
Изменение требований родителей и детей к лагерям и развлечениям в целом. «Всегда в наши палаточные лагеря своих детей отправляли как раз самые состоятельные родители: понимали, что такую романтику, с закатами под открытым небом, с едой на костре, их чада в обычной городской жизни никогда не попробуют. Сегодня же в них едут все меньше — выросло поколение молодых родителей, которые сами никогда в палатках не жили, и им это кажется страшным, а не романтичным», — сожалеет Дмитрий Казьмин.

Ян Сидоренко рассказывает об опыте общения с родителями, которые отправляли детей в лагеря ЦИТа или заказывали у тех детские праздники (еще одно направление работы центра):

«То, что в основе этих программ лежат вечные ценности, старые добрые сюжеты, — это хорошо. Но у некоторых родителей сложилось впечатление, что в ЦИТе многое ваяется буквально на коленке — например, декорации вырезаются из картона. А современные дети привыкли к более техничным играм».

Елена Кузнецова отмечает, что еще одно направление, которое хотят видеть родители в детских лагерях, — больше образовательных, а не просто игровых моментов. Впрочем, в ЦИТе уже начали двигаться в этом направлении: появились программы «В космосе», «Гости из будущего», где, кроме навыков, прививаемых во всех лагерях (умении планировать коллективную деятельность, нести ответственность за результат и т. д.), появилось больше образовательных элементов.

Конкуренция со стороны работающих в тени компаний и усиление давления со стороны государства. «Произошел несчастный случай в Карелии — проверки приехали ко мне! — возмущен Дмитрий Казьмин. — А сколько компаний по организации детского отдыха, которые работают полностью в тени. Родители покупают у них путевки, не спрашивая никаких документов, словно они на рынок за мясом пришли. Потом в таком лагере что-то случается, проверки опять идут ко мне: в ту компанию, которая официально не существует, не пойдешь же. И я с сотрудниками, вместо того чтобы заниматься программой для очередного лагеря, вынуждены сидеть с проверяющими над бумажками».

Нехватка площадок для проведения лагерей. В ЦИТе стараются подбирать места для лагерей в соответствии с тематикой. Например, «Славяне» проводятся в Титчихе — рядом с древним поселением славян. Но подходящих площадок не так много.

«Я не могу поселить детей в обычный муниципальный лагерь, по 8 человек в комнате на двухъярусных кроватях. Они просто туда не поедут. Да и само состояние таких лагерей оставляет желать лучшего, — говорит Дмитрий Казьмин. — Поэтому мы останавливаемся на турбазах. А это на 50% дороже».

Впрочем, Дмитрий Казьмин привык преодолевать трудности. На его страницах в социальных сетях фото с покорения гор и пеших походов с увесистыми рюкзаками. После них наверняка и бизнес-трудности по плечу.