28 Ноября 2013 года, 12:47

Я никогда не летаю из Воронежа. Раз или два попробовал: самолеты какие-то грязные, узкие, тесные. Они меня напрягли,  и я перестал на них летать. Они как кукурузники! Я в детстве на кукурузнике летал, немногим отличается. 

А 20 лет назад на заре перестройки я работал в крупной компании, представленной по всему бывшему СССР. Из воронежского аэропорта, который тогда был более-менее приглядным и казался современным, я мог выбрать из 30 рейсов в любую точку нашего огромного Союза.

В советское время аэропорт выполнял свою функцию. А сейчас, когда есть рейсы только на Москву и еще буквально на пару направлений, даже не хочется обращаться к их расписанию. На поезде удобней.

Собственник, долгое время владевший аэропортом, практически не работал в нем сам, ему это неинтересно, насколько мне известно. «Полет» в основном владеет грузовыми самолетами, им пассажирские перевозки были фактически навязаны, поэтому и было к аэропорту такое отношение, и у него такое «развитие».

Единственная категория пассажиров, за счет которой еще жив воронежский аэропорт — это бизнес.  Потому что ему необходима связь с Москвой. Те, чей бизнес я обслуживал, как правило, летают самолетами.

Некоторые бизнесмены вообще не признают поезд, понимаете? Им неважно, каков самолет,  лишь бы улететь, потому что они экономят время. Они готовы, скорее, 40 минут потерпеть неудобства, чем  ехать 12 часов. Им неважно на чем, лишь бы «оно» летело. А что, если «оно» упадет? Таким вопросом не задаются, у них есть другие, более конкретные риски — денежные, которые затмевают все остальные.

Что будет с нашим аэропортом при новом владельце, не знаю.  Здесь все тоже будет зависеть от отношения собственника к своему активу. Но уверен, что помимо здания и  разбитой взлетно-посадочной полосы собственник должен сам владеть большой базой самолетов.

Руководитель адвокатской конторы Геннадий Маклаков.


Комментарии