4 Июня 2013 года, 09:47

— Пока я дохожу от дома до работы — всего пара улиц по центру города, то встречаю на своем пути множество вывесок правовых центров, — делится наблюдениями руководитель «Адвокатской конторы Маклакова» Геннадий Маклаков. — Это только на одной улице! Их число растет как на дрожжах, а вместе с тем растет и число обращений в адвокатские кабинеты, когда клиенты разыскивают пропавшего с их деньгами юриста из подобного центра.

Статья опубликована в июньском номере журнала De Facto 

В правовом поле

Геннадий Маклаков рассказывает случай из недавней практики:

— Один из юристов города заключал договоры купли-продажи для компаний-заказчиков. Он убеждал собственников, что сделка пройдет быстрее, если оформить на него 10% акций от приобретаемой компании. Собственники соглашались на такой процент. Однако в уставе юрист прописывал, что отменить сделки, проводимые компанией, могут только 100% акций. В итоге он мог совершать любые махинации. Таким образом он оформил на себя имущество 12 компаний — на 210 млн рублей!

Подобные случаи далеко не единичны. Пусть и большинство махинаций происходит в меньших масштабах. Так, руководитель адвокатского кабинета Галина Белик говорит, что 80% обращений к ней — жалобы бывших клиентов правовых центров. Кого-то просто развели на деньги, не собираясь оказывать квалифицированную помощь, кому-то не смогли помочь в силу некомпетентности работающих юристов. Давайте попробуем разобраться в ситуации на воронежском рынке юридических услуг.

Структура предложения на рынке юридических услуг Воронежа по выкладкам Геннадия Маклакова такова:

  • адвокатские бюро, конторы и кабинеты. Все они входят в состав Адвокатской палаты Воронежской области, часть из них еще и в состав Воронежской областной коллегии адвокатов;
  • юридические и правовые центры;
  • юристы-одиночки (не входят в состав каких-либо фирм).

В нашем материале мы детально остановимся на деятельности правовых центров и юристов-одиночек. Именно они показывают наиболее активный рост предложения. Точных статистических данных о количестве подобных компаний в Воронеже найти практически невозможно: часть из них — фирмы-однодневки, некоторые зарегистрированы как ИП на фамилию владельца без указания наименования. Но количество игроков в этой сфере неуклонно растет. Так, по подсчетам экспертов, за прошлый год в Воронеже появилось около 100 новых юридических фирм. К концу года из них продолжили работать, правда, меньше десятка.

Умножая статьи

В связи с чем рынок юридических услуг Воронежа растет быстрыми темпами? Рассмотрим основные причины.

Причина первая. Высокий спрос. По подсчетам Маклакова, 90% мелких и средних предпринимателей не держат штатных юристов и обращаются за услугами в правовые центры по мере необходимости.

— Некоторые из таких клиентов прибегают к нам «за пять минут до заседания» и просят взять на себя их защиту, — рассказывает адвокат. — Мы, разумеется, вынуждены отказывать. Как ни странно, некоторые правовые центры берутся. Остается только догадываться, как и когда они успевают вникнуть в дела настолько, чтобы суметь помочь клиенту в суде или хотя бы не навредить.

Причина вторая. Низкий порог входа в бизнес. Как отмечает Галина Белик, чтобы открыть правовой центр, «много ума не надо». Нужно лишь выполнить стандартные процедуры регистрации ИП: оплатить госпошлину, встать на учет в налоговую, Пенсионный фонд. Больше никаких документов не требуется. Тогда как, чтобы открыть адвокатский кабинет, нужно как минимум сдать экзамены на статус адвоката. При этом коллегия адвокатов выполняет роль профессионально-этического регулятора плюс может наложить карательные меры — лишить статуса адвоката. Правда, по подсчетам экспертов, только в Воронежской области около 2 тыс. адвокатов. А статусов по всей России за несколько последних лет лишили всего 400. Однако у правовых центров даже такого регулятора нет.

Причина третья. Перепроизводство юристов вузами.

— 2028 год. На окраине Воронежа пойман последний горожанин, не имевший высшего юридического образования, — рассказывает анекдот вице-президент Адвокатской палаты Воронежской области Олег Баулин.

По его подсчетам, ежегодно в Воронеже выпускаются от 3 до 5 тыс. дипломированных юристов. Разумеется, им нужна работа.

Причина четвертая. Низкая квалификация выпускников юридических вузов. Галина Белик рассказывает, что долгое время не может найти себе помощника. Очень часто звонят и приходят с целью устроиться на работу. Но пока ни один не прошел не только испытательный срок, но даже собеседование и пробное задание:

— Даю составить по архивному делу иск или договор, а человек пишет неделю (!) и приносит такой, что непонятно, на чьей стороне и кого он защищает. После чего прощаемся.

Адвокат считает, что таким горе-специалистам без опыта работы ничего другого не останется, как открывать свою фирму. Больше на работу их просто никуда не возьмут.

Причина пятая. Изначальный настрой на недобросовестную работу. По словам Баулина, ему пару раз в неделю приходится выслушивать «слезливые истории о том, как неизвестный юрист взял деньги и кинул».

По кодексу качества

Клиент остается один на один с большим количеством правовых центров, не зная, кто из них ведет грамотную и добросовестную работу. Как отличить качественное предложение от некачественного?

Способ первый. Проверить наличие необходимых документов. По мнению Баулина, у юристов стоит спрашивать не только диплом об образовании, но и официальные судебные решения из их практики. Выигрывал ли хоть одно дело человек, которому вы собираетесь довериться? Иногда же недоверие к центру может возникнуть уже после знакомства с его сайтом. Так, интересно, что правовой центр «Юргенс» (руководитель — Сергей Коняшин), судя по его сайту, проводит правовую экспертизу документов согласно сведениям публичной оферты, тогда как копии разрешительной документации на полномочия экспертной организации на сайте не вывешены. Эта ситуация показалась нам подозрительной и непонятной. Чтобы все прояснить, мы позвонили в сам «Юргенс». Но телефон несколько дней подряд не отвечал… Управляющий партнер правового центра «Дивиус» Иван Гусев считает, что подобные факты в некоторых случаях говорят о том, что правовые центры перекупают услуги у организаций, которые обладают соответствующими полномочиями. И продают их клиентам в несколько раз дороже.

— Наш правовой центр также не может оказать клиентам абсолютно все услуги самостоятельно, — поясняет Гусев. — И мы предупреждаем об этом клиентов. Но некоторые из них говорят: «Мы все равно хотим работать с вами, потому что опыт сотрудничества уже есть. И не факт, что другой центр окажется добросовестным». Тогда мы идем им навстречу и действительно выступаем посредниками: на правах партнерства заключаем договоры с теми, кто оказывает нужные услуги. Но мы проверяем этих людей, а для клиента процедуру делаем прозрачной.

Способ второй. Найти центр с узкой специализацией. Геннадий Маклаков удивляется, как правовым центрам удается специализироваться на таком огромном количестве направлений. DF для примера посмотрел перечень оказываемых услуг на сайте «Юргенса». Регистрация различных форм организаций, экспертиза договоров, составление претензий и исковых заявлений, представительство в судах как общей юрисдикции, так и арбитражных. Из перечня услуг на сайте «Юргенса» кажется, что его сотрудники могут ВСЁ. Но, как следует из слов экспертов, зачастую на практике всё означает ничто:

— У меня семь адвокатов, и у каждого только одно направление деятельности, — пожимает плечами Маклаков. — А в таких правовых центрах, как правило, всего пара-тройка человек. И они готовы отстоять интересы в судах по любым делам, вплоть до уголовных! Нередки случаи, когда подобные компании обещают многое, а потом расписываются в своем бессилии или просто закрываются.

Напомним, что руководитель «Юргенса» Сергей Коняшин на звонки не отвечал. На телефонах слышались лишь длинные гудки. Странно: если центр продолжает работать, почему на звонки не отвечает никто из сотрудников? Гудки в телефоне — это тем более странно, поскольку сегодня спрос на услуги квалифицированных юристов огромен. Российская бизнес-среда такова, что компаниям приходится регулярно обращаться к помощи юристов по самым разным вопросам: налоговые споры, претензии поставщиков и многое-многое другое. От юристов требуется только одно — быть профессионалом в своем деле. Ну и, само собой, быть надежным и порядочным партнером. Пожалуйста, работай! Если правовой центр закрылся в условиях высокого спроса, значит ли это, что его сотрудники — полные нули в юриспруденции? В любом случае, когда такие юристы в следующий раз откроют юридическую фирму под другой вывеской либо придут устраиваться на работу в компании, рассказывая о богатой юридической практике, стоит задуматься: а связываться ли с ними?

Способ третий. Общение с представителями центра. Некоторые эксперты считают, что ни проверка дипломов, лицензий, ни изучение сферы деятельности не помогут. Единственный способ — личное общение. Иногда даже неспециалист может понять, насколько грамотна речь юриста, как он «въезжает в тему». Так, Галина Белик встречала «специалистов», которые путали понятия «поставка» и «доставка», которые при составлении договоров могут кардинально изменить их смысл.

Способ четвертый. Обратить внимание на рекламные кампании. По словам Олега Баулина, у адвокатов есть жесткий этический регулятор в плане саморекламы: нельзя обещать результат. Нужно дать понять клиенту, что адвокат постарается сделать все возможное, но решение зависит от суда. В рекламе же правовых центров могут насторожить следующие фразы: «Снижу кадастровую стоимость и земельный налог!», «Верну права!»

Изменить процедуру

Клиенты, столкнувшиеся с недобросовестной или неграмотной работой правовых центров, уже начинают бить тревогу. Между тем присутствие на рынке таких игроков накладывает отпечаток на имидж и тех, кто выполняет свою работу качественно. Каким в такой ситуации будет дальнейшее развитие рынка юридических услуг?

Сценарий 1. В судах смогут выступать только адвокаты и штатные юристы, что повысит качество услуг. Галина Белик напоминает, что Министерство юстиции уже работает над проектом закона «Об оказании квалифицированной юридической помощи». По нему представлять интересы клиентов в суде смогут только адвокаты или штатные юристы. Таким образом, существенно сузится поле деятельности правовых центров. Возможно, благодаря этому возникнет специализация. Юристы не будут распыляться на все сферы деятельности подряд.

Сценарий 2. Закон будет принят, но качества это не поднимет. Олег Баулин считает, что после принятия закона руководители консалтинговых фирм с большим опытом работы смогут получить статус адвоката автоматом. Но где гарантия, что они от этого станут выполнять свою работу профессиональнее? По его мнению, крупные юридические компании начнут лоббировать свои интересы.

— Даже сейчас при всей сложности экзамена количество сдавших его никакими нормативами не ограничивается, — рассуждает адвокат. — Сдают обычно около 80% претендующих. Это очень высокий показатель, не факт, что у нас так много действительно талантливых адвокатов.

Сценарий 3. Рынок сам определит добросовестных игроков. Доктор юридических наук Виктор Анохин (с 1992 по 2012 год председатель арбитражного суда Воронежской области) считает, что принятие подобного закона может привести лишь к монополизации рынка. По его мнению, в таком виде он принят не будет:

— Уже была идея аккредитовать адвокатов при арбитражном суде и разрешить участие в заседаниях только им. К счастью, от нее отказались. Монополизация рынка к повышению качества еще никогда не приводила.

По его мнению, со временем клиенты станут грамотнее, и в результате конкуренции на рынке станет меньше недобросовестных игроков.

Пока же адвокаты советуют обращаться только к проверенным юридическим компаниям. Как говорится, доверяй, но проверяй. 

 

Комментарии

Максим Маркин, управляющий воронежским филиалом «Роспромбанка»

За юридической поддержкой советую обращаться в адвокатские конторы

— Действительно, в России сейчас как никогда велико количество выпускников юридических и экономических факультетов, но качество знаний у большого числа этих специалистов  ниже плинтуса. Сложилась парадоксальная ситуация: юристов много, а нужных профессионалов нет. Где их искать в таком случае? По моему мнению, есть несколько вариантов. Во-первых, как было правильно сказано в статье, необходимо скорейшее принятие и внедрение законодательной нормы об обязательности представления интересов сторон в суде только адвокатами и штатными юристами (полуграмотные, «доморощенные» представители только затягивают процессы). Во-вторых, за разовой и периодичной юридической поддержкой гражданам и организациям советую обращаться только в адвокатские конторы, поскольку там, пусть и не всегда на 100%, но все же есть гарантия получения качественной помощи и ответственность за результат. В-третьих, при поиске штатных специалистов стоит рассматривать только выпускников юрфака ВГУ и/или имеющих надежные рекомендации.

 

Дмитрий Аграновский, адвокат (Москва), в 2004 году журналом «Профиль» включен в список 40 самых известных адвокатов России

Во многих правовых центрах работают даже не юристы

— Ко мне приходили  бывшие клиенты правовых центров, у которых элементарные жалобы были юридически неграмотно составлены. Но я не вижу смысла включать в законы механизмы, которые будут препятствовать работе таких центров. Есть причины, по которым многие мои знакомые юристы не получают адвокатского статуса. Например, адвокат не вправе заниматься никакой другой деятельностью, приносящей доход, кроме своей непосредственной и преподавательской. Однако эти же юристы вели громкие дела в судах и выигрывали, обходя адвокатов! Другое дело, что сейчас нет никакого контроля над работой правовых центров. Неплохо было бы, если бы при их регистрации у их учредителей спрашивали хотя бы диплом о юридическом образовании! Сейчас открывают и без него.

 

Автор: Наталья Андросова


Комментарии